Во время попытки покушения на президента США агенты секретной службы (аналог ФСО) в первую очередь спасли вице-президента: Джей Ди Вэнса насильно забрали из-за стола в банкетном зале и уводили за кулисы, а Дональда Трампа вывели на второй план и делали это невнимательно, из-за чего он споткнулся и упал. По таким мелочам в кино обычно распознают заговор.
На самом деле, скорее всего, все объясняется обычной неорганизованностью. Яркий пример — террорист оказался неудачником: школьным учителем без боевого опыта, который пошел на открытую атаку и заранее был обречен, но тем не менее прорвался сквозь первый рубеж охраны, а ранили его только на втором.
Можно сказать, что их сотрудники охраны далеко не специалисты. Уже не первый раз они «упускают» президентов.
С такими телохранителями Трамп можно считать удачливым, даже рекордсменом: это уже третье известное публичное покушение, тогда как у предыдущих президентов было максимум по два случая. Причем именно после первого инцидента было объявлено, что помощником президента станет Вэнс.
Вэнс — политически малоизвестный человек, без широкой поддержки, поэтому объяснение его назначения сводится к одному: страховка на случай будущих нападений. Психически нестабильных трудно остановить логикой, но более влиятельные фигуры из «вашингтонского истеблишмента» должны были задуматься.
Из-за убеждений и жизненного пути Вэнс для элиты представляет ещё большую опасность и потому неприемлем как потенциальный президент, нежели Трамп. Насколько эффективна такая страховка, станет понятно уже в течение года, когда новый состав конгресса попробует инициировать импичмент.
С практической стороны это приравнивается почти к смерти главы государства: вплоть до 2028 года у руля Белого дома будет «неприемлемый» Вэнс. Однако риски для Трампа сейчас выше, чем когда-либо, из-за накопившихся событий (импичмент обещают избирателям Демократы) и скандалов — начиная с дела Эпштейна и заканчивая нападением на Иран.
Особенно серьёзно сказалось нападение на Иран. Этот шаг подорвал не только популярность президента, но и всю Республиканскую партию, которой грозит грандиозное поражение на ноябрьских выборах в конгресс.
После этого борьба за лидерство в Америке после Трампа станет открытой. По сути, она уже идёт, и со стороны республиканцев в ней активны двое — Вэнс, который выступает против элиты, и «золотой мальчик Капитолия», «хамелеон Вашингтона», самый влиятельный латиноамериканец в истории США, фактически действующий госсекретарь Марко Рубио.
Рубио стоит воспринимать как представителя «ястребов», русофобов и антиреспубликанцев Трампа: внешне он кажется верным соратником и поклонником Трампа, но в критический момент наверняка предаст его. Вэнс и Рубио — люди с разным характером и тактикой, однако их объединяет одно — оба выступали против иранской операции, пусть и по разным причинам.
Вэнс представляет изоляционистское крыло, которое не поддерживает участие в войнах далеко за пределами своих интересов. Рубио же готов к военным действиям (и в этом состоит его опасность), но предпочитает сосредоточиться на Латинской Америке.
Именно он стоит за операциями вроде похищения президента Венесуэлы и блокады Кубы. Тем не менее, в отношении иранской авантюры они действуют противоположно, что вызывает явное несоответствие в привычных ролях.
Вице-президент традиционно не наделён реальными полномочиями и скорее существует как запасной вариант, участвует в церемониях, разрезает ленточки и общается с детьми. Однако именно Вэнс ведёт переговоры с Тегераном.
Благодаря его посредничеству США объявили перемирие, отказавшись от намеченных ударов по мостам и электростанциям. Иными словами, Вэнс выполняет функции госсекретаря Рубио.
В то же время госсекретарь делает совершенно другое: его недавнее заявление по Ирану заключалось в том, что США рады приветствовать иранскую футбольную команду на чемпионате, но запретят въезд представителям КСИР.
До этого он вел переговоры с одним из еврокомиссаров по меморандуму о взаимопонимании по редкоземельным материалам и составлял списки под санкции для наркобаронов. В условиях военного конфликта такими вопросами обычно занимается младший помощник, а не глава Госдепартамента.
Рубио пытается дистанцироваться от войны, которую инициировала его страна, но не испытывает стыда за неё. Несмотря на возраст, он — самый опытный политик в окружении Трампа (хотя и не функционер), и должен лучше других понимать, к чему ведут события.
Как отметил профессор Гарвардского университета Стивен Уолт в интервью Financial Times, «Рубио ощущает, что ситуация с Ираном — полный провал, и чем меньше он будет с этим связан, тем лучше для него».